меня укусил пробегавший мимо дикий Честертон, и теперь мне грустно от проявленного во мне "извращенного духа времени", в котором мне интереснее читать книжку про власовцев, чем про остарбайтеров, и интереснее размышлять о психологии отрекшихся, чем мучеников, и в конечном итоге центральным и самым сложным персонажем JCS кажется Иуда, а не Иисус.
нет, если серьезно, то это моя старая жалоба о том, что Пилат у Булгакова интереснее Иисуса, и те, у кого в какое-то время были агентность и власть, интереснее, чем "просто" мучимые жертвы. христианские миссионеры и мученики к последним, со всей для меня очевидностью, не относятся но вот массы жертв страшных трагедий 20го века - увы, скорее да. в том и горе.