10:54 

Elli Cler
личинка человека
Вот, надо сказать, что исполнение финала ЛМ (того, который Alone, I wait in the shadows) за все роли разом - замечательно помогает против послесходочного спада и уныния. А то я с утра совсем в депрессивную половину табора проснулась. Но нет, *у Вальжана все гораздо хуже*. Дать себе пострадать на этой песне вволю - и как-то очищаешься. Катарсис такой катарсис.

Еще помимо прочего загнали с Рэем отличное наблюденьице по поводу Вальжана. Вот сколько это лет они там провели с Козеттой в монастыре? 1824-29, пять лет. И все это время Вальжан не общался буквально ни с кем, кроме нее и Фошлевана. С монахинями разговаривать нельзя, выходить куда-то - опасно (поэтому выходил Фошлеван). А потом мы удивляемся, почему у товарища столько тараканов и полнейшее отсутствие социализации, ага.
...Плюс перечитала последнюю главу из монастырской части. Там ооочень интересный психологический материал. Гюго специально проговаривает: "Потому ли, что взор, устремленный к богу, не умеет шпионить, потому ли, что монахини были заняты главным образом тем, что следили друг за другом," - но Вальжан-то, разумеется, делает из увиденного однозначные выводы (и достраивает свою... страшную систему самоуничижения). То есть, я как-то не слишком сомневаюсь, что многие из этих женщин были пострижены не по своей воле (и некоторые, например, могли просто не видеть перед собой никакого другого пути). Но Вальжан выстраивает идеологию, очень... сообразную со своим характером.
"Пока он сравнивал себя только с епископом, он чувствовал себя недостойным и был полон смирения; но с некоторых пор он начал сравнивать себя с другими людьми, и в нем пробуждалась гордость. Кто знает? Быть может, он незаметно для себя научился бы вновь ненавидеть."
Он сравнивает каторгу с монастырем: тигры и агнцы. (И вообще его представления об абсолютной невинности этих женщин очень... характерны.)
"Жан Вальжан хорошо понимал необходимость искупления для первых, - искупления личного, искупления собственного греха. Но он не мог понять искупление чужих грехов, взятое на себя этими безупречными, непорочными созданиями, и, содрогаясь, спрашивал себя: "Искупление чего? Какое искупление?" А голос его совести отвечал: "Самый высокий пример человеческого великодушия - искупление чужих грехов"."
"Во время таких размышлений гордость исчезает. Он рассматривал себя со всех сторон и, сознав свое ничтожество, не раз плакал над собой."
"...где, как ему было известно, лежала распростертая в искупительной молитве сестра-монахиня. И, преклонив перед нею колена, молился. Перед богом он словно не осмеливался преклонить колена."

@темы: les miserables, общественная неактивность

URL
Комментарии
2013-03-04 в 17:25 

Romyel
Быть добрым очень легко, быть справедливым - вот что трудно. javert+valjean fatal error (с)
Подумал - у Вальжана тоже взгляд устремлен к богу.... Но за кем ему-то шпионить? За собой, ага....

2013-03-04 в 23:10 

Elli Cler
личинка человека
Romyel, да, сам себе лучший шпион и сторож. не говоря уже о том, что на бога посмотреть вальжан не смел и не смеет.

URL
   

не\переносимость амбивалентности

главная